Главная Статьи Политики Художники Культура Каталог Контакты  
 
Рюноскэ Акутагава
Ханс Кристиан Андерсен
Михаил Евдокимов
Сергей Николаевич Есин
Валерий Попов
Владимир Семенович Батшев
Александр Казбеги
Вячеслав Рыбаков
Демьян (Ефим)
Жорж Санд
 

Владимир Семенович Батшев

Ностальгии не существует. Ее придумали коммунисты, чтобы отвадить народ от эмиграции. Если и есть какая-то "ностальгия", то по юности.

Поэт, писатель и издатель Владимир Семенович Батшев родился в 1947 году. Один из организаторов и руководителей литературной группы СМОГ ("Самое молодое общество гениев"). За участие в СМОГе в апреле 1966 года был отправлен в ссылку в село Большой Улуй Красноярского края, где работал на лесоповале. В 70-80-е гг. был вынужден публиковаться в России под псевдонимом. В 1989-1991 гг. - представитель издательства "Посев" в России. В 1992-1994-м - первый зам. главного редактора ежедекадника "Литературные новости". В 1993-м организовал собственное издательство "Мосты", в котором за два года вышло 25 книг современных российских и русских зарубежных писателей. В январе 1995 г. эмигрировал, ныне живет во Франкфурте-на-Майне. С 1998-го издает единственный в Европе ежемесячный журнал "Литературный европеец" (на сегодняшний день вышло 82 выпуска), а с 2004-го - и ежеквартальный "толстый" журнал "Мосты" (вышло четыре номера). Вышедшая в издательстве "Мосты" четвертая книга эпопеи Батшева "Власов", как и книги Виктора Суворова или фильм Николая Досталя "Штрафбат" (автор сценария Эдуард Володарский), пересматривает устоявшиеся взгляды на многие события недавней российской истории, живописуя генерала Андрея Власова с иных позиций, чем в недавние времена. Разговор и был посвящен этой теме.

- Ваш отъезд из России для многих был довольно неожиданным. С чем этот отъезд, более похожий на бегство, был связан?

- У меня не было никакого бегства. Я готовился открыто и ни от кого не скрывал. Все знали о моем предстоящем отъезде. Это только Анатолий Курчаткин ахнул в прямом эфире Радио "Свобода" во время нашей беседы, когда узнал об этом. Дело в том, что я не видел для себя перспектив литературной работы в России. Моя миссия была выполнена. Все, что я хотел сделать в России, - я сделал.

- Как вам удалось в Германии заняться издательской деятельностью?

- Что я буду продолжать издавать книги и журналы, я не сомневался. Но первые годы жизни в Германии я был связан договорами с московским издательством "ЭКСМО", для которого написал шесть боевиков. Одновременно я много занимался журналистикой - знакомство с новым миром, в котором ты теперь не гость, а постоянный житель, заставляло писать для газет.

Весной 1998 года группа живущих в Германии литераторов создала свою организацию - Союз русских писателей в Германии. Сейчас он объединяет около 70 человек. С самого начала был отказ от "громких имен". Да и что они такое в эмиграции, если человек не живет с тобой на подобном тебе положении - ты его не видишь, он вне твоего восприятия. Но это к слову. С апреля 1998-го стал выходить журнал "Литературный европеец", в котором сотрудничали те, кто был мне знаком по прежней московской жизни. Но появились и новые авторы. Принцип издания журнала - артель. Все авторы - его подписчики. То есть пай - подписка, членский взнос в Союз писателей. Это дало возможность издать несколько первых номеров. Потом появились и другие подписчики. Сегодня "Литературный европеец" выписывают большинство интеллигентных эмигрантов, живущих в Германии. Не забывайте о контингенте населения - этнические немцы и евреи, - это в основном казахстанские крестьяне и жители украинских местечек. Процент интеллигенции - не очень высокий.

- Вы давно занимались сбором материалов по истории власовского движения, биографии генерала Власова. Как родилась идея книги "Власов", закончена ли она или будет продолжение?

- Вы правы, я занимался Власовым почти 15 лет. Материалы же к ней собирал с 1965 года, после того как Владимир Буковский рассказал мне о советских убийцах и поджигателях, переодетых в форму СС (через много лет я обнаружил этот факт в архиве). В исследовании я хотел более выпукло дать факты, события, людей. Примером для меня был "Архипелаг ГУЛАГ" Солженицына, и я шел по намеченной им дороге. Не зря в моей книге так много ссылок на Александра Исаевича.

- Работали ли вы в архивах, опрашивали бывших ветеранов власовского движения?

- Да, я работал и в немецких архивах, и в архиве НТС (которым я заведовал целых три года), во многих частных архивах. В книге приводятся свидетельства более 300 человек, так или иначе связанных с Освободительным движением народов России.

- Есть ли возможность издать эту книгу в России?

- С 2000 года я обращался ко многим издателям. Около 20 из них под разными предлогами отказали мне. "Власов" не подошел тем, кто вершит издательскую политику в России. Тема советско-германской войны - последнее, что осталось у нынешнего российского идеологического аппарата из советских мифов, и развенчание этих идеологем - серьезный удар по советской мифологии. И тут я не первый. На 10 лет раньше по ним ударил своим "Ледоколом" (простите за каламбур) Виктор Суворов. Пока что издатели боятся или предлагают мне издавать книгу на свои деньги. Но зачем мне это делать в России, если за свои деньги я уже издал ее в Германии?

- Власов - одна из трагических фигур современной эпохи. Талантливый полководец, спаситель Москвы, он фактически был "подставлен" Жуковым, который бросил его армию на гибель в трудный час. Расскажите, как это происходило.

- Об этом - в первом томе моего "опыта литературного исследования". Я не первый, кто хочет восстановить доброе имя Андрея Андреевича Власова и миллионов погибших в борьбе с коммунизмом. На Западе существует очень большая литература на эту тему. Проблема "предатель или патриот" здесь давно решена в пользу Власова. Я не говорю об огромной мемуарной литературе участников ОДНР (Освободительного движения народов России), большинство которой я если не собрал, то основательно изучил. Недаром эпиграфом к первому тому стоят слова Джефферсона "Неудачные борцы против тирании были главными мучениками законов против измены во всех странах".

- Нет ли идеи экранизировать книгу о Власове? Мне кажется, мог бы получиться интересный фильм. Или это сейчас нереально?

- Идея есть, но как и где, если даже документальный фильм о Власове несколько лет шел к экрану российского ТВ (снят в 1998-м, показан в 2002-м)?

- По поводу вашей книги в газете "Московский комсомолец" появилась разгромная рецензия. Вас обвиняли в симпатиях к Власову, обозвали "литературным Власовым" и человеком, ничего не смыслящим в российской истории. При этом угрожали судебной тяжбой. Как вы отреагировали на эти обвинения?

- Это была не рецензия, а какая-то странная подтасовка из лжи, домыслов и безграмотности, в типично совдеповском стиле (но ей дал достойный ответ Сергей Дебрер - он так и назвал статью "Времена шулеров"), учитывая, что книгу ни автор статейки, ни те, кто стояли за ней, не читали. Реагировать на подобное - нет смысла и желания.

Что касается "литературного Власова"… Что ж, значит, я второй человек, которого назвали "литературным Власовым", первым был Александр Исаевич Солженицын. Кстати, все четыре тома книги находятся в его фонде и в издательстве "Русский путь". Вообще же отклик не один, их очень много. Я собираю письма людей, которые пишут о том, как у них на многое открылись глаза после прочтения. Ведь в книге нет ни капли домысла - только факты, только свидетельства - и все со ссылками на источники.

- Какова вообще реакция наших и зарубежных историков на вашу книгу, если она вообще была?

- Реакция хорошая. Грех жаловаться. Во всех русских газетах от Аргентины и США до Германии и Франции появились похвальные рецензии. Я рад, что незадолго до своей смерти успел откликнуться на первый том книги крупнейший немецкий специалист по русской литературе, сам бывший военнопленный в советском лагере профессор Вольфганг Казак. В России была уклончивая, но в целом положительная рецензия в "Литературной России". Я знаю, что в Москве сейчас в разных издательствах и у частных лиц имеется около 30-40 экземпляров книги.

Вообще судьба книги по эмигрантским масштабам - счастливая. За 3 года первый том разошелся полностью, и издательство выпускает сейчас первый и второй тома дополнительным тиражом. Реакция же зарубежных историков такова, что у меня есть предложения от некоторых из них написать предисловие к немецкому и американскому изданиям. Думаю, если бы книга им не нравилась, таких предложений не было бы.

- Печатаете ли вы книги писателей-эмигрантов или писателей, живущих в России, и есть ли спрос на эту литературу в Германии?

- В журнале "Мосты" мы публикуем авторов из России начиная с первого номера. Но мы стараемся публиковать тех, кого мало или неохотно публикуют в России или не публикуют вообще.

Спрос на эту литературу есть. У нас был свой стенд на последней книжной выставке-ярмарке во Франкфурте. Кроме четырех томов "Власова" большим успехом пользовалась книга Сергея Миллера (он историк, живет под Кобленцем) "Русские писатели в Германии". Он рассказывает о жизни в Германии в XIX веке Достоевского, Толстого, Жуковского, Гоголя. Тургенева, Гончарова. Рассказывает увлекательно и для русских, и для немцев. Могу сказать, что за несколько месяцев мы продали больше половины тиража его книги. Притом покупателями были в основном немецкие слависты.

А другая новинка нашего издательства тоже пользуется спросом, и ее мы почти полностью реализовали на книжном рынке, и не только в Германии. Это сборник автобиографий современных русских зарубежных писателей. В книге 50 авторов из разных стран - США, Франции, Чехии, Дании. От очень известных Юрия Дружникова и Бориса Хазанова до мало кому за пределами Германии известных поэтов, которые только начинают свой путь в литературе. Сборник не мог вобрать в себя всех русских литераторов, живущих в диаспоре. Поэтому сейчас составляется второй том, а может, будет и третий.

- В Германии жили многие известные деятели российской культуры: Лев Копелев, Софья Губайдуллина, Альфред Шнитке и др. С кем-то из представителей российской эмиграции дружите?

- Губайдуллина живет, кажется, и до сих пор в Германии. Кстати, один из моих друзей - близкий ей в прошлом человек, известный французский писатель Николай Боков. Мы с Боковым знаем друг друга с 1964 года, то есть - 40 лет.

Как у редактора журналов у меня около 200 авторов только в Германии. С ними у меня хорошие отношения. Дружу я во Франкфурте с бывшим редактором журнала "Посев" Ярославом Александровичем Трушновичем и его женой Еленой Георгиевной, в Дуисбурге живет мой друг, бывший мосфильмовский кинооператор Эдуард Гинзбург, в Гармише-Партенкирхене - Людмила и Эрнст Зорины, Фридрих Незнанский.

- В Россию приехать не планируете?

- Не планирую. Я не знаю, зачем это делать. И что мне там делать? Мои родители и большинство моих друзей умерли. Увидеть знакомых? Но кто хочет меня увидеть - сам может приехать в Германию. Я, например, с радостью увидел на прошлогодней книжной ярмарке своего старинного друга, еще по СМОГу, - известного переводчика социолога Бориса Дубина, там же встретил Анатолия Курчаткина, который сначала меня даже не узнал.

- И ностальгия по России не мучает?

- Нет. Ностальгии не существует. Ее придумали коммунисты, чтобы отвадить народ от эмиграции. Если и есть какая-то "ностальгия", то по юности.

 

   
Главная Статьи Политики Художники Культура Каталог Контакты  
Copyright (C) 2005 vip-monitor.ru